Искусство, № 4, 2015. Литовский ноктюрн

Искусство, № 4, 2015. Литовский ноктюрн

540,00 

3 в наличии

Детали

Вес 400 g
Габариты 22 × 28 cm

Отзывы

Отзывов пока нет.

Будьте первым, кто оставил отзыв на “Искусство, № 4, 2015. Литовский ноктюрн”
Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Need Help? Contact Us Leave Feedback

Categories: ,

Специальный выпуск, посвященный Иосифу Бродскому

В номере  стихи поэта, написанные в Литве, а также проекты Юлии Бориссовой, Натальи Резник и Дениса Давыдова, Владимира Наседкина, Игоря Олейникова.

 

Литовский ноктюрн

Иосиф Бродский впервые приехал в Литву в 1966 году, вымотанный, разбитый, на пределе своих сил, и, неожиданно, нашёл для себя пристанище: воздух, который показался ему более свободным, чем всё, чем он дышал до сих пор; собеседников, понимавших его идеи; барочную и позднеготическую архитектуру, которая руководила его побегом не только в пространстве, но и во времени. В Литве и о Литве он пишет целую серию стихотворений: это, прежде всего, «Литовский ноктюрн» и «Литовский дивертисмент», но также и «Элегия» («Подруга милая, кабак всё тот же…»), и «Коньяк в графине цвета янтаря», и рождественское «Anno Domine» с мотивами лирики Кавафиса. Даже всем знакомые «Письма римскому другу» — тоже оттуда.

Перемещения во времени, намертво спаянном с пространством, — один из главных ключей ко всей поэтике Бродского. Явлены они и здесь: от ставшей крылатой фразы: «Для русского человека Литва — всегда шаг в верном направлении» до скитаний по временам Витовта и Ягайло, античных реминисценций и движения на Запад, но не реальный географический, а Запад брейгелевских волхвов, бредущих к Звезде по колено в снегу. Заявленная Бродским тема бегства звучит драматично не из‑за сегодняшних настроений русской интеллигенции, не из‑за политических и общественных событий настоящего времени. Побег от невыносимой действительности — чуть ли не квинтэссенция российского изобразительного искусства XX—XXI веков, от малевичевского «Земля изъедена шашлями — пора улетать!» до всё‑таки улетевшего в космос героя Ильи Кабакова и полоски потустороннего света, пробивающегося из‑под неплотно затворенной двери, в работах Эрика Булатова. Самые талантливые авторы хорошо понимали, что побег в пространстве всегда обречён на поражение, зато сам воздух — и есть «наше «домой»», этой мыслью венчает свой «Литовский ноктюрн» Иосиф Бродский. Воздух — это пространство звучащего слова, в котором и только в котором существует поэт.

К той же смычке реального пространства и воображённого времени устремляются и авторы нашего проекта. Игорь Олейников рисует застывшее время в кафе «Неринга» и растягивает до последних пределов листа берег Балтийского моря в «Паланге». Юлия Борисова заново рассказывает историю литовских лётчиков Дарюса и Гиренаса, решивших не просто преодолеть пространство Атлантического океана на пути домой, но и сразиться со временем, установив новый рекорд скорости. Её фотоистория реализована почти как документация современного перформанса, исполненного полным иронии художником, а потому обретает, скорее, счастливый, чем реальный трагический финал. Наталья Резник и Денис Давыдов при помощи Иосифа Бродского рассказывают собственную историю скитаний и поисков дома, скрещивая её с процессами миграции ХХ века и актуальными событиями, когда в результате военного конфликта понятие «дом» оказывается утраченным для миллионов людей. Наконец, Владимир Наседкин практически перевоплощается в героя Бродского — в призрака, который летит над Вильнюсом и Каунасом, поднимаясь всё выше, в самый космос, вымечтанный российским авангардом, и видит Литву с высоты спутника.

——
Алина Стрельцова, куратор проекта

112 стр.